Новости отрасли

9 Марта 2010Санкт-Петербургские ведомости
Росстат удивил данными по инфляции

Статистика преподносит нам немало сюрпризов в последнее время. Не успели мы написать о средних зарплатах по Петербургу (весьма таких не средних – 25 тысяч рублей в месяц), как «Росстат» удивил данными по инфляции. Базовая инфляция за весь прошлый год составила 8,3%. При этом в январе этого года рост потребительских цен по отношению к январю прошлого составил те же 8%, став одним из самых высоких показателей среди европейских стран. А в феврале вектор процесса изменился: согласно отчету за предпоследнюю статистическую неделю (с 25 февраля по 1 марта), официальная инфляция за этот период составила 0,2%. Если считать с начала года, то получится 2,5% (в 2008 году аналогичный показатель достигал 4,2%)


Что же выходит – цены в России растут или снижаются? По личным ощущениям, весьма неплохо растут, а вот по данным статистики – нет. Продукты питания если и дорожают, то не очень сильно: за все тот же период с 25 февраля по 1 марта 2010 года выросли в цене лишь гречневая крупа, сыр, яйца, фрукты и овощи (на 0,9 – 1,4%, лишь по отдельным позициям – до 3,2%). Зато подешевели чай, макаронные изделия, свинина, маргарин, куры и стерилизованный молочный напиток (на 0,1 – 1,2%). Цены на автомобильный бензин и дизельное топливо выросли на 0,1%. Почему же тогда денег на жизнь уходит все больше?

А дело в том, что цены на продукты не задают тон в росте стоимости жизни, равно как и общий индекс цен не отражает всей картины потребительского мира. Наши ощущения о росте цен вызваны дорожающими услугами: например, тарифы ЖКХ (в некоторых городах России их рост с начала года превысил отметку 100% – к счастью, Петербург не из их числа). Дороже стало посещать дантиста, покупать лекарства, путешествовать по стране. Учиться и жениться, в конце концов.

По данным отчета Петростата «Социально-экономическое положение Санкт-Петербурга и Ленинградской области в январе-декабре 2009 года», прирост цен в декабре прошлого года по отношению к декабрю 2008 года по разным группам непродовольственных товаров в Северной Пальмире был таков: лекарства – 20,8%, электротовары – 11,6%, парфюмерия и косметика – 18,1%. Это притом что общий индекс потребительских цен за 2009 год в Петербурге достиг 8,5%.

Если рассмотреть прирост тарифов на услуги ЖКХ в городе на Неве за тот же период, то увидим следующие показатели: вывоз мусора подорожал на 42,9%, плата за горячее и холодное водоснабжение, а также за газ – на 22 – 26%. На 20,5% подорожали образовательные услуги, на 9,6% – медицинские, на 17,2% – ветеринарные. Экскурсии стали дороже за 2009 год на 23,5%, занятия спортом – на 20,8%. Отремонтировать холодильник теперь стало на 23,8% дороже, чем год назад, а в бане помыться – на 14,8%. Ну и самое обидное для культурной столицы: билеты в театр подорожали на 22,7%!

Сравнительно невысокий общий индекс потребительских цен стал результатом отказа потребителей от нужных, но дорогих услуг в пользу товаров первой необходимости. Учитывая, что объем продаж продуктов питания во много раз превышает оборот всех театров и ЖКХ, дешевые товары своей «экономической массой» давят остальные группы. Мы же тем временем будем экономить на путешествиях, платных медицинских услугах, обучении, стремясь хоть как-то обезопасить себя на случай еще одного повышения цен на услуги монополистов.

А их расценки будут расти, ведь с этого года в тарифах энергетиков, железнодорожников и коммунальщиков появится увесистая статья – «инвестиционная составляющая». Это деньги, которые потребитель платит за то, чтобы монополист развивал свою инфраструктуру. В стране, где износ основных средств достигает в отдельных отраслях до 80%, инвестиционных расходов не избежать. Ноу-хау российских монополий заключается в том, что деньги на свои проекты они берут с потребителей дважды: первый раз – увеличивая стоимость услуг, второй – претендуя на бюджетные средства. То есть на налоги, которые платит все тот же потребитель.

Недавно российский премьер-министр жестко критиковал энергетиков по части расходования инвестиционных средств. Так, генерирующая компания ОГК-3 привлекла из разных источников на модернизацию и развитие энергомощностей 450 миллиардов рублей, из которых «на дело» ушли лишь 270 миллиардов. Еще 66 миллиардов рублей потрачено на текущую деятельность компаний (иными словами, их попросту «проели»). Оставшиеся почти 100 миллиардов рублей осели на банковских счетах корпорации. Получается, что деньги, забираемые монополистами якобы на инвестиционные цели, де-факто уходят на финансовый рынок или на повышение зарплат топ-менеджеров.

Для полноты картины обратимся к ситуации за рубежом. В странах Евросоюза устойчивая тенденция к снижению цен, особенно – на продовольственном рынке (снижение в среднем на 0,7% за первый месяц года). Более всего по сравнению с январем прошлого года продукты подешевели в Латвии (на 8,6%), Ирландии (на 8,1%), Финляндии, Эстонии, Литве (на 5,3 – 6,3%).

Эти данные трудно сопоставить с российскими: наша пищевая промышленность во многом зависит от импортного сырья, покупаемого за валюту. А курс доллара и евро хоть и стабилен, но все же меняется – и не всегда в пользу рубля. Значит, растут производственные затраты в рублевом исчислении – дорожает товар и для потребителя.

Фактически потребителя заставляют отказаться от «лишних» покупок, изымая его деньги посредством роста услуг монополий. Тем самым народное хозяйство России лишается важного стимула: расходов «домохозяйств», как принято говорить в международной экономике. В результате, не имея возможности увеличить продажи, многие отечественные предприятия размещают капиталы на международных финансовых рынках, а государство при этом вынуждено тратить валютные резервы на поддержание курса рубля.

Впрочем, есть и субъекты рынка, получающие солидные бонусы от «потребительского перекоса», – все те же монополии, концентрирующие в своих руках весьма легко заработанные (за счет продажи углеводородов) средства. В такой ситуации говорить о каком-либо уходе экономики России от сырьевой (читай – монополистической) модели бесперспективно.

Новости за период